Спор адвокатов и прокурора о законности доходов семьи Борисова привел к переносу заседания
Источник:
В Центральном районном суде Волгограда отложили первое заседание по делу сопровождавшего губернатора инспектора ГАИ Андрея Борисова, а также его семьи. Причиной стали разногласия между адвокатами и прокурором: стороны не сошлись во мнении, законность какой суммы не смог подтвердить Борисов — 19 миллионов рублей или другой.
История началась зимой 2024 года с конфликта перевозчиков на маршруте из Волгограда до станицы Усть-Бузулукской в Алексеевском районе. По словам предпринимателя Александра Луки, сотрудник ГАИ Андрей Борисов угрожал ему через третьих лиц. В 2025 году выяснилось, что ИП Елены Борисовой (супруги инспектора) работала на маршрутах без необходимых разрешений, даже после судебных запретов. В апреле 2026 года имущество ИП Борисовой арестовали.
Позднее в объединенной пресс-службе судов общей юрисдикции Волгоградской области сообщили о назначении заседания по делу Елены и Дмитрия Борисовых, а также Николая Игнатьева. Согласно материалам, с 2000 года семья инспектора занималась куплей-продажей транспортных средств с «особыми» номерами (например, микроавтобус ИП Борисовой с номерами «777»), проведя более 220 сделок. Для Андрея Борисова предпринимательская деятельность была запрещена, но он продолжал ее через других лиц. На его счета поступило свыше 19 миллионов рублей, происхождение которых не удалось подтвердить.
На заседании ходатайства подали два адвоката: один представлял интересы Андрея Борисова, второй — Елены, Дмитрия Борисовых и Николая Игнатьева. Спор возник из-за суммы на счетах инспектора. Адвокат Андрея Борисова заявила: «Прокуратура в своей справке указывает 17 миллионов, потом по другой справке указывает 11 миллионов, года совпадают. То ли от 17 нужно отнимать 11, и если отнять 6 (заработная плата Борисова, которую адвокаты не отрицают), то мы вообще не понимаем, почему мы здесь тогда собрались. Есть и возражения в плане того, каким образом Борисов, используя свои должностные полномочия, повлиял на доходность, которую якобы вывела прокуратура. По исковому заявлению тоже непонятно. Вроде бы ответчики Борисов, Борисов, Борисова и Игнатьев, а требования предъявляются только к одному. Может быть, все-таки надо определиться, что семья Борисова — это третьи лица? Непонятно, как составляла прокуратура. Мы с коллегой сделали вывод, что нужно представлять интересы, разделив участников процесса».
Представитель трех других ответчиков озвучил возражение от Дмитрия Борисова: «Он не согласен с исковыми требованиями, потому что в них указано, что он, как ответчик, якобы участвовал в купле-продаже каких-то транспортных средств. В настоящий момент он подчеркивает, что данные сделки не были признаны незаконными. Аналогичное возражения от Николая Игнатьева. Добавить хочу, что до 2013 года он являлся индивидуальными предпринимателем в станице Алексеевской Волгоградской области, имел денежные средства и тоже осуществлял законные сделки по приобретению и продаже транспортных средств».
Адвокат Елены Борисовой также привел обширное возражение, сославшись на проверки ГУВД МВД по Волгоградской области: «Согласно исковым заявлениям, сумма в 19 325 776 рублей не соответствует тем расчетам, которые были проведены МВД России. Две проверки: от 27 октября со справкой о доходах и расходах и от декабря 2025. Суммы полученного дохода Борисова, согласно этим справкам, различны и даже не соответствуют. В исковом заявлении прокуратура ссылается на то, что сумма соответствует проверкам, но какую брать за основу мы не знаем».
Адвокаты также указали, что часть суммы передавалась внутри семьи, что не учтено прокуратурой. Почти 600 тысяч рублей было передано Борисову от супруги на лечение ее матери, умершей от рака в августе 2021 года. Прокурор попросила предоставить доказательства этих переводов, и сторона защиты запросила около недели. Судья перенес заседание, а также принял ходатайство от Елены и Дмитрия Борисовых и Николая Игнатьева о снятии ареста с их имущества — на его рассмотрение у судьи есть сутки.
После заседания адвокаты отказались от разговора с журналистами, заявив, что «еще ничего неизвестно». В прокуратуре также воздержались от комментариев до начала рассмотрения дела по существу.
