Кибергонка
США
ARPAnet разрастался с впечатляющей скоростью: к 1971 году к нему было подключено около 20 терминалов, к 1978-му — 111, к 1984-му — уже 4000. Сеть вышла за пределы США: к ней присоединились учреждения в Великобритании и Норвегии, а затем и в других странах Европы. Появились и конкуренты. Самым серьёзным из них стала межуниверситетская сеть NSFNet, построенная Национальным научным фондом США. Она имела большую пропускную способность, чем ARPAnet, и со временем вытеснила своего предшественника. В 1990 году создатели ARPAnet официально отключили его — сеть выполнила свою историческую роль.
Примечательно, что американцы постоянно отслеживали советские разработки. По словам историка науки Вячеслава Геровича, в начале 1960-х ЦРУ создало специальный отдел для изучения «советской кибернетической угрозы». Работы Китова были переведены на английский и опубликованы в США. Глушкову же, по воспоминаниям его дочери, предлагали перебраться за океан, причём он подозревал, что странные инциденты вроде песка, попавшего в двигатель самолёта во время его поездки в Канаду, могли быть вовсе не случайными.
А тем временем в СССР
Советское руководство вспомнило о проекте ОГАС только после того, как стало известно о создании в США сети ARPAnet. «Единственное, что прошу, — не создавать комиссию», — так Глушков отреагировал на новость о том, что его идеи снова будут обсуждать. Однако именно комиссию и создали: в 1970 году её выводы представили на заседании Политбюро ЦК КПСС, и проект снова признали преждевременным.
Особый взгляд на применение компьютеров в народном хозяйстве на том же заседании продемонстрировал министр финансов Василий Гарбузов. Он рассказал о вычислительной машине на птицеферме: «Три программы выполняет: включает музыку, когда курица снесла яйцо, свет выключает и зажигает и всё такое прочее. На ферме яйценоскость повысилась». По словам Глушкова, министр делал вывод: «Сначала надо все птицефермы в Советском Союзе автоматизировать, а потом думать про всякие глупости вроде общегосударственной системы». Учёный лишь иронизировал над этим, понимая глубину непонимания.
В итоге к началу 1990-х у СССР вместо собственного интернета были лишь тысячи разрозненных вычислительных центров в отдельных учреждениях и на предприятиях. Глушков предсказывал, что без компьютерного управления плановая экономика задохнётся под собственной тяжестью. Так и произошло: отставание в этой сфере стало одним из факторов, приблизивших конец советской эпохи.
