Прохор Шаляпин выразил негодование тем, что преступник, виновный в смерти его родственниц, избежал ответственности
Певец Прохор Шаляпин выразил возмущение решением суда Краснооктябрьского района Волгограда, который прекратил уголовное дело против Алексея Лиманского, обвиняемого в убийстве его бабушки и тети, в связи с истечением сроков давности. Адвокат освобожденного из-под стражи не только настаивает на невиновности своего подзащитного, но и указывает на многочисленные несоответствия в материалах дела. В частности, хотя обе женщины были убиты одновременно в одном месте, Лиманского обвинили только в смерти младшей из них, тогда как гибель бабушки Шаляпина, по словам защитника, фактически проигнорировали.
«Кто же там убил-то вторую женщину и когда?»
Адвокат Василий Юдочкин, представлявший интересы Алексея Лиманского в 2020–2021 годах, сообщил, что отпечаток пальца его подзащитного обнаружили на предмете мебели в квартире, где нашли тела погибших.
— В общей сложности там было найдено около 50 отпечатков пальцев пяти с лишним человек, которые каким-то образом могли попасть в эту квартиру. Но их личность так и не была установлена, — вспоминает адвокат, — Алексея Лиманского смогли найти, так как он ранее отбывал срок и ему проводили дактилоскопию.
Согласно материалам дела, Лиманский не был знаком ни с тетей Шаляпина Ириной Нетаевой, ни с его бабушкой Людмилой Колесниковой. Это подтвердил и защитник.
— Он проходил полиграфическое исследование. Первый вопрос по убийству Колесниковой — результат: не он. Убийство Нетаевой — результат: не он. К разбойному нападению непричастен, — рассказывает адвокат, — Четвертый вопрос был о том, мог ли в принципе Лиманский находится в квартире, где нашли трупы, в момент предположительного убийства. Эксперт высказался неоднозначно: вероятно, возможно мог быть. Сам Лиманский этого не помнил. Говорил: «Может и был в той квартире, мы в том районе работали много, где-то собирались, водочки попить, с женщинами посидеть».
По словам Юдочкина, изначально Лиманскому предъявили обвинение в убийстве двух человек — Ирины Нетаевой и Людмилы Колесниковой, а также в разбое и незаконном хранении оружия. Однако впоследствии дело начало терять обвинительные пункты один за другим.
— Как у нас говорят, следствие начало думать, как выходить из ситуации. В результате из всех обвинений и оставили один труп, — говорит адвокат, — Я разговаривал со следователем, говорил: интересный у вас при передаче в прокуратуру сюжет получился. Кто же там убил-то вторую женщину и когда? На эти вопросы мне никто не ответил. А женщины по экспертизам умерли в одно и то же время.
«Он сразу сказал: я никого не убивал, я не виноват. И до конца так шел»
Проведенные следственные эксперименты с участием Лиманского, по утверждению адвоката, противоречили выводам экспертиз.
— В итоге все разваливалось. Доказать убийства они, в принципе, не могли ни одной из женщин. По ножу ничего не было, экспертизы были совсем противоположные. Убрали из дела Колесникову-старшую, убрали разбой, убрали хранение оружия — много чего ушло из обвинений, — рассказывает адвокат, — Изначально на моего подзащитного навешали все, что можно было навешать. Потом все это «отлетело», и в суд отправили с тем, что было. Так получилось, потому что следствие само убирало: там не доказали, тут не смогли. Прекратить же уголовное дело по особо тяжкому преступлению — это совсем не хорошо для следствия, так как это реабилитирующее основание. Лиманский держался из последних сил. Когда я в первый раз в СИЗО к нему приехал, он сразу сказал: Василий Михайлович, я никого не убивал, я не виноват. И до конца так шел, как бы они там не изощрялись. Разные сюжеты были, но он держался. Не признал вину.
Исключение из обвинения двойного убийства, по мнению Юдочкина, имело конкретные причины:
— Мы планировали идти на суд присяжных, и следователи это знали. Скорее всего поэтому они предприняли те процессуальные шаги, которые лишили бы нас такой возможности, — говорит адвокат, — Переквалификация на более мягкую статью как раз это и делает — законодательно в таком случае не предусмотрена возможность участвовать в суде присяжных. И если бы там было два трупа, то не применялись бы и сроки давности.
Сам Лиманский, согласно словам защитника, до последнего отказывался от прекращения дела по нереабилитирующим основаниям.
— Прекратили-то дело именно потому, что следствие оставило лишь убийство одного человека, — рассказывает адвокат, — Решение было принято тяжело: Лиманский хотел, чтобы его оправдали, так как он не совершал этих преступлений. Но он уже более полугода находился в СИЗО, и ему это, понятное дело, надоело. Когда я отвозил его домой, он говорил: все, не хочу больше, у меня сил нет, у меня жена одна дома сидит, денег на все передачки не остается, нужно работать.
В СУ СК России по Волгоградской области направлен запрос с целью выяснить, кого считают виновным в убийстве Людмилы Колесниковой и предъявлялось ли Лиманскому обвинение в этом преступлении. На момент подготовки материала ответ не поступил.
